|
Антигона |
Дата: Среда, 18 Янв 2012, 16:25 | Сообщение # 31 |
Княгиня де Веллар
Новые награды:
Сообщений: 3079
Магическая сила:
| — Значит, вор все еще на свободе?
— Именно, — устало кивнула я. — И более того, мы нашли не все украденные предметы. Согласно нашему списку пока находится в розыске синий танцевальный платок Рудика с настоящими золотыми монетками. Быть может, преступник уже куда-нибудь загнал его. Золото всегда в цене…
— Согласен. — Командор быстро встал, накинул рубашку и заявил: — Я в твоем полном распоряжении, любимая. Каков наш план?
— Идем к Грызольде. Уверена, что котик уже там, он же обязан арестовать подозреваемую. А если она откажется подчиниться, то по распоряжению шефа дверь взломают биороботы. Троллиха наверняка будет сопротивляться, и на такое шоу прибегут все кому не лень, а не лень никому! Зуб даю — настоящий виновник тоже придет на это полюбоваться!
Алекс улыбнулся мне и вытащил из шкафа испанскую шпагу в ножнах. Правильно, никогда не знаешь, где тебе может пригодиться оружие. А у квартиры подозреваемой уже собралась солидная толпа любопытствующих, такие аресты у нас не каждый день…
— Грызольда, откройте, прошу вас! — устало надрывался котик, стоя с тремя биороботами у дверей ее комнаты. — Мы не причиним вам вреда!
— Я не могу…
— Так, значит, она не хочет по-хорошему? Ломайте дверь, парни!
Биороботы послушно закатали рукава.
— Я не одета…
Биороботы мгновенно раскатали их обратно, напрочь игнорируя истеричные приказы Пусика. Все правильно, они так запрограммированы: к переодевающейся женщине не войдут под угрозой полной модификации.
— Сдавайтесь, несчастная! Нам все известно!
— Совсем все? — раздалось из-за двери. — Ну раз мне больше нечего скрывать, тогда скажите шефу, что у меня… задержка.
— В каком смысле? — ступил агент 013, а шеф бросился к дверям, упав на колени:
— Грызольдочка, неужели это правда?! Я счастливейший из смертных гномов!!!
— А ведь я говорил ей, что восточные танцы подготавливают женский организм к беременности, — самодовольно выпятил грудь грифон Рудик, толкая меня бедром.
Алекс сделал удивленное лицо…
— Не ревнуй, милый, — отмахнулась я. — Обычный танцевальный жест…
— Я не об этом. На нем синий пояс.
— Чего?
— Синий! — сквозь зубы прошипел командор. — Синий пояс с золотыми монетками, тот самый, который якобы у него украден! И кстати, так и не был найден при обыске в кабинете секретарши. Вспомни, ты сама мне говорила!
Я на мгновение прикрыла глаза. Пожалуй, свет еще не видел более бездарных сыщиков, чем мы с агентом 013…
— Рудик, можно тебя спросить?
— Все, о чем пожелаешь, моя принцесса.
— А почему ты в синем? — скромно уточнила я.
— О, это целая история, — так же доверчиво улыбнулся грифон. — Я шел на тренировку в красном платке с монетками, но встретил профессорских котят. Анхесенпа вела их в столовую, за молоком. Я наклонился погладить малышей, а один, кажется, его зовут Уголек, вцепился в платок, ловя монетки, и порвал его! Мне оставалось только вернуться домой и надеть припрятанный синий…
— В твоей орлиной голове куриные мозги, — справедливо признала я и, приняв соответствующую позу, громко спародировала агента 013: — Вы арестованы, сэр!
…Рудик признался во всем. Да, именно он дотошно и методично обворовывал всю Базу. Я вспомнила, что он приходил к нам о чем-то спросить Алекса, а не застав его дома, попросил стакан сока и, пока я наливала его на кухне, стырил медали и балерину. Он же обворовал Брандакрыса, выманив его из норки фальшивым вызовом на кухню для дегустации компота.
Книги Синелицего были нагло экспроприированы прямо во время ужина, когда главный повар трудился на раздаче. Розы биоробота Стива украдены, когда Рудик предложил ему свои услуги танцора на рекламном показе персональной выставки Стива на Аробике. Еще он забегал в кабинет секретарши предупредить об изменениях в расписании танцев и, пользуясь случаем, спер топор шефа. А она о нем даже не вспомнила, потому что Рудик был последний, на кого она могла подумать…
Короткий товарищеский суд проходил в кабинете шефа. Я, командор, котик, секретарша и сам гном. Судить нашего тренера восточных танцев было трудно, но надо…
— У меня есть уважительная причина! У нас, грифонов, все по-другому, не женщина собирает приданое, а мужчина. Чтобы иметь возможность жениться и создать семью, мне нужно много богатств. Вы думаете, так легко каждый день тренировать молодых, полуодетых самочек, ходить с ними в сауну, подавать полотенца и совсем ничего не чувствовать?! Я настоящий грифон-мужчина, мачо, самец! Во мне проснулась естественная страсть к продолжению рода. А с другой стороны, я забирал только то, что вам не нужно. Но вообще-то все, что нужно, тоже. Однако надеюсь, что вы меня поймете и не будете сильно наказывать, о мудрейшие…
— Да уж, не подлизывайся, — сочувственно вздохнула я. — Причины понятны и даже признаны уважительными, но зачем с твоими преступными талантами совершать кражи века? Разве не было ясно, что тебя расколют как яйцо на первом же допросе?!
— А я против? Мне лишь нужно было привлечь внимание общественности к своему вымирающему виду!
— И для этого ты подставил ни в чем не повинную Грызольду? — нахмурил брови Алекс.
— Воистину! Только вмешательство самого шефа могло спасти отчаянную демографическую ситуацию, в которой оказались мы, грифоны! И ведь сработало, правда?
— Правда, — охотно согласился шеф, поднимая над головой подаренный топор. Не успей мы все вовремя повалить его за диван, Рудик был бы кастрирован самым дорогим оружием на Базе.
Хотя кто знает, быть может, оно было бы и к лучшему…
В конце концов, после долгих споров и разборок, преступника отпустили на поруки к Брандакрысу. Целую неделю несчастный грифон провел в хоббиточьем квартале. Вернулся он оттуда, образно выражаясь, новым человеком. После хоббитовского экстрима начинаешь по-иному ценить жизнь, и лично я была счастлива вновь ходить на тренировки к вежливому и обходительному тренеру, по гроб жизни вообще зарекшемуся смотреть на женщин с матримониальными планами…
Вот, кстати, за такие маленькие внутренние приключения я и люблю нашу Базу. Раньше, как только появлялось свободное время, хотя бы денька на два на три я рвалась домой, к маме и папе, к братьям, к подружкам по учебе, просто в родной город. Сейчас мне здесь спокойнее и комфортней. И не только потому, что у меня есть любимый мужчина и прилипчивый кот, хотя в этом плане я воплотила заветную мечту всех девушек, ибо, как правило, рядом остается кто-то один. Чаще всего кот.
Просто База, как заповедник самых невероятных существ, дает возможность каждую минуту ощущать себя человеком. Не венцом природы, а неким связующим звеном. Слева биороботы, гномы, хоббиты, гоблины — невероятные существа с человеческой составляющей. Справа грифоны, шурале, птицы, змеи, собаки — обладающие невероятными возможностями, но животные. Посередине я, единственный настоящий человек на всю нашу пеструю организацию. И уж поверьте, загордиться мне не дают ни на минуту…
Да и не мне одной. «Оборотни», вообще, самое крутое и элитное подразделение: самые опасные задания, самая высокая оплата, самый быстрый карьерный рост и, соответственно, самые расшатанные нервы. Именно поэтому выпросить внеочередной отпуск у шефа всегда реально, но, увы, бывают случаи, когда и это не спасает. Агенты срываются, а за ними летит в тартарары и вся налаженная работа Базы. Не потому, что мы ее основа, а потому что кое-кто из местных тунеядцев активно нам подражает! Самая громкая история в этом плане была связана с психической истощенностью Пусика, а влетели в нее мы все…
* * *
В тот памятный день я нашла нашего напарника задумчиво покачивающимся в своем гамаке в оранжерее. В лапках кота была книга, во рту незажженная сигара.
— Кубинская, — важно мурлыкнул он, не разжимая зубов.
— Скрученная на бедре самого Фиделя Кастро, — с видом знатока, добавила я. — Куришь, не зажигая?
— Берегу здоровье. Подарок шефа, а ему, как ты понимаешь, неудобно отказать. Старик любит дарить подчиненным странные вещи. Синелицему достался на днях новый галстук, если ты ценишь столь специфический юмор, детка. Но просто представь лицо нашего давно покойного повара, когда он получил шелковую «удавку». А ведь надо было еще и сказать: «Сердечное спасибо, шеф, вы так о нас заботитесь!»
Тоже верно. Не далее как неделю назад Алекс получил от него набор погремушек, типа без всяких намеков. Благо я тут же передарила это дело котятам, и в комнате Профессора не спали всю ночь, потому что Уголек и Мандаринчик осваивали румбу, а Абиссинка им аккомпанировала. В результате от грохота погремушек поднялись даже соседи…
— Знаешь, что-то устал я от всего, хочется отдохнуть.
— Так попроси отпуск.
— Нет, по-настоящему отдохнуть, как того требует моя кошачья природа — пассивно.
— Как-как?! — вытаращила я глаза.
— Не так, как ты подумала, извращенка, — беззлобно отмахнулся Пусик. — А лежа на диване, с книжкой и колбасой… А дома это невозможно. Ты же знаешь, какой у меня бедлам.
Конечно, я знала. Котята вечно дрались, поднимая такой шум, что хоть святых выноси, Анхесенпа пилила его и днем и ночью, протяжным беспрерывным мяуканьем выказывая свое недовольство безотказным мужем. Не покормил вовремя котят, не убрал в комнате, не сходил за сметаной, не помассировал ей пятки и так далее, можно перечислять бесконечно.
— Чувствую, что я сильно устал… — тупо повторил он.
— Ты меня пугаешь.
— Что-то должно скоро произойти, моя психика истощена…
— Боже, ты меня до инфаркта доведешь, — вскричала я, театрально хватаясь за сердце. — Что случилось? У тебя обнаружили редкую форму кошачьего перитонита?!
Но агент 013 оставался невозмутим. Он никак не реагировал на мои слова, не вздрогнул, не моргнул, не повел бровью. В тот момент я еще не поняла, что это, увы, был уже не он…
Быть может, надо было срочно бить тревогу, звать врачей, силой тащить его в гоблинскую лабораторию, настаивать на полном обследовании, скидываться на дорогостоящие лекарства. Но я, как последняя легкомысленная дурочка, решила, что это обычный кошачий сплин, пожала плечиками и пошла себе с подружками в фитнес-зал…
…На следующий день мы должны были вылетать на задание, ловить потусторонних бабочек-мутантов, пожирающих посевы французских крестьян. В костюмерной кот не появился, Алекс зашел к Анхесенпе, вернулся, сказав, что его и там нет. Я пошла за переходником и медальонами «переводчиками». Командор отправился искать напарника в библиотеку и другие облюбованные пушистиком места. Но нигде не было и запаха агента 013.
Всерьез встревожившись, я побежала к Анхесенпе, включила и настроила «переводчик» на кошачий и спросила в лоб:
— Где твой муж, не знаешь?
— Как не знать, в психушке, — зевнула она, крутясь на одном месте, чтобы улечься поудобней.
— О нет. — Я вспомнила вчерашний разговор с несчастным Пусиком. — И ты сможешь спокойно спать, когда твоего мужа только забрали в психушку?!
Она приоткрыла один глаз:
— Смогу, если приглядишь за котятами.
Вот бессердечная кошка! Но как же она хороша… Мне вновь хотелось прижать ее к сердцу, поцеловать в розовый носик, затискать до хруста в костях. Но я не осмеливалась даже дотронуться до этой храмовой принцессы, поставившей себя здесь царицей. И не могла ее винить дольше одной минуты. Ведь царицам позволяется то, что не позволяется нам, простым смертным. А в результате чуть не с поклонами, пятясь, я покинула ее комнату и только в коридоре избавилась от чар этой блохастой красотки. Тьфу, зараза…
Теперь это дело показалось мне очень странным. Кот, конечно, был явным пациентом психиатра, но кто из нас без отклонений в этой области? Нужно найти Алекса, а потом тех, кто сдал нашего кота злорадным убийцам в белых халатах. Они ведь электрошоком лечат! И я побежала рассказать эту страшную новость мужу, чтобы вместе с ним решить, что делать дальше, после того как отомстим его пленителям. Двусмысленно звучит, ну и ладно…
Когда я увидела командора, он уже спешил мне навстречу с таким же выражением шока в глазах, какой наверняка был и у меня.
— Ты слышал?!
— Да, я не мог поверить! Я сейчас от гоблинов, — тяжело дышал Алекс.
— Почему нам никто не сообщил, что кот сошел с ума?
— Это случилось на рассвете.
— Да, для психов это критическое время дня, как полночь для нечисти, — кивнула я.
— Свидетелей было мало. Только весь гномий квартал, именно там он и рехнулся. Залез на их памятник первому гному и устроил стриптиз, держась за рога на его шлеме. Понадобилось семь гномов, чтобы стащить его вниз, заткнуть рот кляпом и держать, пока не подоспели санитары, — торопливо рассказывал он.
— Так, куда они его уволокли?
— В лечебницу для душевнобольных на Базе ученых, своей психушки у нас нет. Мы должны как можно скорей вытащить его оттуда!
— А вдруг ему правда необходимо лечение? — засомневалась я. — Все-таки стриптиз — это перебор. Пусик у нас очень целомудренный…
— Ага, а помнишь, как он зажигал у того даосского монаха ради пилюли бессмертия?!
— Все равно, такое поведение ему обычно несвойственно, — едва не всплакнула я. — А если он и на задании выкинет что-нибудь подобное? Я ведь не буду с ним так гуманна, как гномы.
— И это правильно, — поспешил согласиться мой муж. — Просто я сомневаюсь, что ему так уж необходимо лечение электричеством. Да-да, мне сказали, что его будут лечить именно электрошоком одновременно с мокрыми обертываниями.
— О аллах! — Я осела в руках подхватившего меня Алекса.
Наверное, впервые за все время моей службы нам позволили отложить вылет на задание, вместо чего мы отправились на Базу ученых вызволять нашего несчастного свихнувшегося котика. Пусть уж лучше будет у нас под боком, а мы как-нибудь постепенно выходим его любовью и заботой.
База ученых практически не отличалась от нашей. Только у них на телепортационной площадке стоял пропускной пункт с дежурным, в котором мы узнали одного из наших знакомцев-ученых, он еще был на нашей татарской свадьбе. Так что можно сказать, уже почти родственник. Я даже разулыбалась ему изо всех сил, но эти ученые те еще снобы. Поэтому мы с Алексом не удивились, когда он вместо теплого приветствия одарил нас высокомерным холодным взглядом, как врагов народа…
— Навещать больных у нас можно только по одному. Сами понимаете, из соображений безопасности, — продиктовал он, делая вид, что мы абсолютно незнакомы.
— Значит, ты уже в курсе, что агент 013 попал к вам. Он не сумасшедший! Произошла ошибка.
— Я уже сказал: навещать можно только по одному. И время приема на сегодня уже заканчивается. У вас минута, чтобы решить, кто пойдет.
— Пойду я, — быстро сказала я.
— Хорошо. Только следи за словами, — предупредил меня муж. — И за поступками, и за кулаками, и за оружием, и за…
— Ты же знаешь меня, милый, я само воплощение самоконтроля!
Командор недоверчиво посмотрел на меня, как будто уже жалел, что согласился отпустить меня туда первой. Но поздно, ничего поделать уже было нельзя. Он знал, что я все равно сделаю, как решила. И довольно об этом!
— Хорошо, любимая. Просто убедись в первую очередь, что с ним все в порядке.
— Психбольница направо! — крикнул мне ученый. — Рядом с учебным корпусом и консерваторией.
Я пошла в указанном направлении по коридору с белоснежными стенами, зеркальным полом и почему-то розовым потолком, пока не уперлась в дверь с надписью «Психиатрическая лечебница имени Наполеона Бонапарта».
— Здравствуйте. Я хотела бы навестить своего больного друга и коллегу. — Я как можно вежливее улыбнулась классической «ученой крысе» в регистратуре. — Не знаю, как он у вас тут обозначен, но мы зовем его агент 013, Профессор, Непобедимый Воитель, Сумеречный Ужас, Стальной Коготь, Железный Нерв, Очень Мудрый Зверек и Пусик. Что-то из этого точно должно подойти.
Медсестра посмотрела на меня уничтожающим взглядом очковой змеи и, не снисходя до ответа, куда-то ушла. Вернулась минут через пять, когда я уже начинала тихо сатанеть, и сквозь зубы предложила пройти с ней к главврачу. О, это тоже была отдельная песня! Ибо после весьма короткого диалога он меня убедил, что мне тоже нужно лечь к ним на лечение.
— Так, проходите, здравствуйте, садитесь. Вы состоите у нас на учете?
— Хвала Аллаху, нет! — Я помотала головой.
— Так, а зачем же тогда вы к нам пришли?
— Чтобы повидать моего друга, с которым я работаю.
— Так, а зачем вы решили это сделать?
— Странный вопрос, я вроде уже сказала — он мой друг.
— Так, понятно. А вы точно не состоите у нас на учете?
— Точно, не состою.
— Так, может быть, может быть, не знаю. А когда вы в последний раз у нас были?
— Ни разу. У вас ведь нет моей карточки. — Я изо всех сил старалась оставаться спокойной.
— Так, а откуда же вы знаете, что у нас ее нет? Почему вы в этом уверены?
— Да потому что не была у вас ни разу!
— Так, а чем можете это доказать?
— Тем, что… А вы сами, блин, не можете посмотреть?! — рявкнула я.
— Могу, конечно, могу и посмотрю, но почему вы такая агрессивная? — Он откинулся в кресле, глядя на меня пораженно и жалостливо. Не знаю, как я удержалась, чтобы не наброситься него и не придушить на месте, но служба в «оборотнях» научила меня хоть какому-то терпению и дипломатии. Поэтому я только улыбнулась, показав сжатые до скрипа зубы, вежливо попрощалась и вышла за дверь.
|
|
| |
|
Антигона |
Дата: Среда, 18 Янв 2012, 16:25 | Сообщение # 32 |
|
Княгиня де Веллар
Новые награды:
Сообщений: 3079
Магическая сила:
| — Так, куда же вы? Мы еще не договорили…
Я резко ускорила шаг, двигаясь неизвестно куда по узкому коридору. Только бы поскорее найти, где тут они держат агента 013, пока главврач, убежденный, что я тоже шизофреничка, не послал за мной плечистых санитаров. Сам он явно не в ладах со своими же мозгами: чего только стоит это его навязчивое повторение слова «так» и мания видеть в каждом посетителе психбольного! Но я никого не виню, как говорится, с кем поведешься, от того и дети. Наконец коридор вывел меня в большой круглый зал с уймой маленьких комнаток за крепкими дверями с зарешеченными оконцами. Из одного меня сразу окликнули:
— Деточка, что ты здесь забыла?
Я как-то не сразу сообразила, что тон у него был явно не обрадованный.
— Агент 013!!!
— Поменьше эмоций, пройдем в мою палату. Сейчас открою.
Я послушно заглянула к нему внутрь и ахнула. Кот жил как в самом престижном и пафосном санатории. Просторная комната, туалет, душ, новая мебель, холодильник, расслабляющая классическая музыка, ноутбук, книжная полка, телевизор с DVD, фильмы о природе и старые советские сказки.
— Мне поставили мягкую форму маниакально-депрессивного психоза, деточка, — гордо сообщил Профессор, потягиваясь на свежих простынях. — Так сказать, нагло кошу… или косю?.. под перетрудившегося! Ты не поверишь, мне достаточно было только пятнадцать минут поизображать психа, как сразу набежали врачи, поставили диагноз, увезли меня сюда, включили расслабляющую классическую музыку, и теперь я провожу время в безмятежном отдыхе. Читаю, что хочу, сплю после обеда, завожу интрижки в Интернете — и никаких вылетов на задания, шумливых котят, растаптывающей тебя одним взглядом любимой кошки… Словом, полная свобода!
Он сделал мне знак нагнуться к нему поближе. Заинтригованная, я подчинилась, хотя до этого жутко хотела дать ему по шеям.
— А главное, Алиночка, для чего я это сделал… Пока я сижу здесь, зарплата идет в двойном размере! Смекаешь, цыпа?
Я выпрямилась и пристально посмотрела на него. Вот гад! Схватить бы его сейчас, закатать в одеяло и утащить обратно на Базу. Мы, значит, будем за него вкалывать, а этот изменник ничего не делать и бесстыже получать двойной оклад?! Ну погоди, симулянт паршивый, тебе это так просто не сойдет с лап…
С величайшим трудом вырвавшись из больницы (меня не хотели отпускать, главврач счел, что нам бы неплохо еще побеседовать о моей агрессии), я прибежала к терпеливо ожидающему Алексу:
— Пошли домой. Все расскажу по дороге. Он там такое-е-е устроил…
Сразу по возвращении мы тихо заперлись в своей комнате и я трагическим полушепотом поведала командору, что кот здоров и невредим и наслаждается своим отнюдь не бедственным положением. Но до поры до времени умолчала о том, что он сам себе все это подстроил. Дело в том, что у меня созрел план…
На следующий день я шумно и демонстративно поругалась с Алексом, изображая нервный срыв от переутомления, выкинула из квартиры все свои лифчики, сбегала в хоббитский квартал, напугав Боббера новым феном, а в результате меня тоже увезли в психушку. Мой муж стоял на пороге с невыразимой скорбью в глазах, когда санитары укладывали меня на носилки, помещая в специальную транспортировочную камеру с нарисованным большим красным крестом на прозрачной двери.
Мне тоже было невыносимо больно видеть его страдания, я сдерживалась изо всех сил, чтобы не вскочить с носилок и не броситься к нему со словами покаяния: «Прости, любимый, я всего лишь притворялась!»
Но надо было выдержать. Я знала, что в стиральной машине его ждет конверт с объяснением, а меня уже через полчаса ждала уютная палата со всеми удобствами, стенка к стенке с котом. Да-а, вот он праздник, вот она жизнь! Холодильник оказался набит полезными диетическими продуктами, на стенке висело меню сегодняшнего дня, а по телевизору показывали диснеевскую «Белоснежку». Я, не раздеваясь, завалилась на приятно прогнувшуюся кровать, не глядя взяла с полки стихи Агнии Барто и приготовилась наслаждаться ничегонеделанием…
Наутро я проснулась, когда захотела, изумительно выспавшись на новом месте, завтрак был доставлен мрачным санитаром по первому же звонку. Единственное, чего оставалось ждать, так это когда Алекс прочтет мое письмо, поймет, что я не напрасно подвергла его такому стрессу, и захочет присоединиться к нам с Пусиком в этом бесплатном санатории.
Котик же, вообще, вел активный образ жизни, принимал своих приятелей, особенно гномов и хоббитов, трепался с ними о благоденствии здешних условий, гонял взад-вперед санитаров и сибаритствовал вовсю! А в результате в течение двух дней, прознав о новой халяве, к нам переместилась половина Базы. Умники и умницы падали в обморок в коридорах, профессионально изображали конвульсии и, притворяясь, что никого не узнают, быстренько доставлялись сюда, в свободные палаты.
Но в больнице всем нам только поначалу было так хорошо, как расхваливал агент 013. Я лично поняла это, когда ко мне применили индивидуальные методы лечения, уже на второй день потащив на мокрые обертывания. Эту процедуру я перенесла терпимо, но все время чувствовала себя бравым солдатом Швейком перед войной, которого таким образом лечили от симулянтства. Однако и мерзнуть вот так каждый день мне тоже не улыбалось…
— Как ты избегаешь лечения? — подступила я к коту, ежась от холода.
— Мне дают пить психотропные средства, но я закапываю их в горшок с фиалкой, — спокойно сказал кот.
— Везет тебе, — позавидовала я. — А из меня делают Снегурочку…
— Не застудись, тебе еще рожать.
Угу. Вот только теперь я обратила внимание на то, что не все здесь сахарно и у отдыха в психушке имеются побочные эффекты. Пациенты, которые находились тут уже давно, закатывали глаза, вытягивали губы трубочкой, высовывали язык, как потеющие собаки, ходили мелкими шажками, как гейши в парадных японских кимоно, не могли усидеть на одном месте или, наоборот, находились в постоянном ступоре. Я начинала понимать хоббитов, которые тоже в свое время проходили здесь лечение от «мордорского синдрома». Конечно, это напрочь убило у них всяческие воспоминания, но зато они и возвращались сюда сейчас охотно и добровольно. Неужели и меня ждет нечто подобное…
Вечером нас усадили перед телевизором в фойе. Больным разрешали смотреть только уже приевшуюся «Белоснежку». Все наши делано впялились в экран…
— Нас хотят начать лечить электрошоком, мокрыми обертываниями и строгой диетой! Кончилась халява, — прошептал вернувшийся с разведки Боббер, он как никто умел подслушивать под дверями.
— Пора отсюда сматываться, — решительно кивнул Профессор. — Свяжусь-ка я с Алексом.
И он полез за телефоном, который тайно пронес с собой в тряпочном медвежонке. Но позвонить не успел, к нам подошла медсестра с двумя санитарами:
— Пациент Сафина? У вас сеанс электрошока.
— Э-э… мм… я не хочу. Я еще «Белоснежку» в десятый раз не досмотрела.
— Санитары, берите ее.
— Стойте, нет! Отпустите меня! Я притворялась, я нормальная!
— У нас все так говорят.
Я умоляюще посмотрела на кота. И кажется, он мне подмигнул. Если это не был тик от лекарств, которые ему теперь подкладывали в еду, когда врач прознал про тайну его горшка с фиалкой. Еще бы не прознать, когда фиалка на третий день разрослась как плющ и пахла бананами!
Меня притащили в какую-то комнату со страшным агрегатом и кроватью-каталкой. Ко мне обернулся главврач со шприцем в руках и сияющей улыбкой на лице:
— Так, включить электроконвульсатор.
— Чего? Нет! Мне уже страшно! Отпустите, садисты, я хочу домой! — кричала я, пока меня укладывали, привязывали, делали укол и подключали какие-то электроды.
После первого же легкого разряда мне так тряхануло мозги, что я полностью уверилась, что я псих. А психам уже ничего не страшно…
— Мм… это даже приятно, я сумасшедшая! Это здорово! Я могу летать!
— Так, эффект уже виден. Увеличьте-ка напряжение, сестра. А после мы попробуем еще инсулиновую кому. Думаю, двадцать — тридцать коматозных состояний будет достаточно.
Но медсестра не успела пропустить через меня второй разряд тока. Потому что в этот момент дверь с грохотом слетела с петель. В дверях стояли смутно знакомый мужчина, которого я бы назвала красивым, карапузы с гранатометами наперевес, а впереди всех толстый кот, который, похоже, и руководил всей операцией.
Медсестра с визгом бросилась под кушетку, врач получил в челюсть от красивого парня и упал на железную коробку у стены, добрый котик отсоединил от меня электроды, а маленькие человечки впряглись в кровать-каталку и куда-то быстро меня покатили.
— Кто вы? Зачем вы меня тащите? Я же могу просто полететь с вами на юг!
— У нее ретроградная амнезия, типичное последствие электросудорожной терапии.
— Я вас всех люблю! Только никого не знаю…
— Да, милочка, зато мы тебя знаем.
— А вы не хотите пригласить меня на свидание? — Я обратилась к мужчине с грустным и озабоченным лицом. Его серые глаза наполнились еще большим страданием, он быстро посмотрел на меня, но не сказал ни слова. Неужели я так плохо выгляжу? Обидно. И полетать не дали. Я поджала губы, отвернулась и уснула.
…Очнулась уже только на следующее утро в своей постели, в родной комнатке на Базе, память постепенно возвращалась ко мне. Оказывается, агент 013 успел вызвать Алекса и пообещал заплатить хоббитам, чтобы они помогли меня выкрасть. После Бильбо за ними установилась слава профессиональных взломщиков, ребятки знали все ходы-выходы в этой больнице, поскольку уже проходили там лечение. Брандакрыс продемонстрировал мне перевязанную ногу, намекая, что пострадал вчера, вызволяя меня из психушки. Судя по стойко кислому запаху от бинтов, он пользовался ими уже лет десять, обманывая всех, кто находился на расстоянии шага. Сейчас его намеки сформировались в отчетливую таксу: три коржика — и он слиняет навеки…
— Почему ты не пришел за мной раньше? — Я обняла вошедшего с горячим чаем Алекса. — Я же оставила тебе письмо в стиральной машине.
— Туда я догадался бы заглянуть в самую последнюю очередь, — сочувственно покачал головой мой муж.
— Да, ты у меня всегда был недогадливым…
— Увы, в следующий раз оставляй записки на столе или крепи магнитом к холодильнику. Кстати, главврач прислал запрос шефу с требованием вернуть тебя в лечебницу, ведь у тебя шизофрения и аффективно-бредовые расстройства.
— Какая наглость! — возмутилась я. — Больше он ничего не хочет?
— Хочет. Заодно он выставил нам счет за разрушение больницы, травму челюсти и моральный ущерб.
Вэк… Мне стало неудобно.
— А что теперь скажет шеф?
— Шеф с самым мощным переходником отправился за остальными. Ему достаточно было произнести одну фразу: «Зарплату вы не получите и больничные тоже!» — чтобы у симулянтов разом вправились мозги. Все вздохнули и согласились вернуться на Базу.
— Вот он, самый эффективный метод лечения, — признала я. — А как агент 013?
— Доволен жизнью и отдыхом! Похоже, он единственный, кто максимально выгадал на всей этой авантюре. Обещал проведать тебя после обеда и принести книжку о передовых методах лечения шизофрении. Уверял, что тебе поставили правильный диагноз, он давно об этом предупреждал…
— Убью.
— Договорились. Пошли пить чай, милая…
Так что в целом все опять закончилось хорошо. Разве что санитары приехали еще раз и забрали хоббита Федора. Он один действительно оказался подвержен приступам глубокой депрессии и единственным, кто и вправду нуждался в лечении.
Завистливые хоббиты провожали его с мрачными лицами, показывали кулаки и опускали большой палец вниз, недвусмысленно демонстрируя, что его ждет по возвращении. Он не попал в лечебницу вместе со всеми только потому, что был слишком ленив и апатичен, чтобы симулировать «глобальную усталость». Вот так обычно и получается, что по-настоящему больные живут среди нормальных, а здоровые — в психушке…
Я еще подумала напоследок, что База и есть чистой воды психушка, поскольку все мы здесь немножко сумасшедшие. А потом поняла, что была неправа. Мы просто очень разные и непохожи на других, но ведь это же не преступление и не отклонение от нормы? Зато, если где-то беда, если кто-то во всем мире нуждается в помощи, мы всегда рядом, «оборотней» не приходится просить дважды, и отступать мы не умеем. Потому что мы — герои! Потому что люди всегда нуждаются в подвиге и сказке! Потому что…
— Как ты себя чувствуешь, Алиночка? — Бесцеремонно прервав гордый ход моих мыслей, в комнату, как всегда без стука, ввалился кот. В лапе он держал пакетик с апельсинами, а выражение морды имел высокомерно-снисходительное. Я сразу вспомнила все…
— Встань к стеночке и не шевелись, я быстро!
Спрыгнуть с кровати, как есть — в пижаме и босиком — кинуться через кухню в прихожую, выхватить из висящей у двери кобуры старый добрый кольт и, развернувшись, по-ковбойски, от бедра, нажать на курок…
— Что за подстава?! — на третьем сухом щелчке опомнилась я.
Алекс, не оборачиваясь, пояснил из кухни, что это он разрядил оружие. Котик молча вытер лапкой холодный пот. Я посмотрела на них обоих и нервно хихикнула, а уже через минуту мы все трое хохотали как сумасшедшие. Что с меня взять? Но я так люблю вас, напарники…
|
|
| |
]
